Странник. Книга четвертая - Страница 94


К оглавлению

94

Мое возвращение оказалось очень своевременным, и я выяснив обстановку приказал дроу приготовиться утром покинуть лагерь. Хотя среди эльфов были восемь лежачих раненых не способных передвигаться самостоятельно, но я дал команду готовить для них носилки.

Всю ночь лагерь гудел как растревоженный улей, а я вместо того чтобы выспаться — писал письма Наре и Арданаю, параллельно рассказывая о бойне устроенной бандитами на злосчастном лугу, где нам чудом удалось спасти женщин и детей эльфов от полного уничтожения. Марул только качал головой, слушая мой рассказ, но особого горя по этому поводу на его лице я не заметил. Затем мы обсуждали маршрут, по которому ему предстояло вести свой отряд на соединение с основными силами таргов.

После землетрясения вызванного разрушением башни магической академии проход в горах, по которому мы спустились в долину реки Нерей, скорее всего, был завален, и у отряда Марула просто не стало выбора. В сложившейся ситуации тарги могли идти только вдоль реки по дороге на Латр и, не доходя до города, свернуть на север к Арису. Половину пути до Латра, я уже проходил с эльфами Милорна и уточнил для командира таргов некоторые ориентиры.

Мои разговоры с Марулом закончились далеко заполночь, после чего я отправился проверять, как дроу готовятся к походу. Воины, с которыми я вернулся в лагерь, похоже, уже во всех красках рассказали о побоище на лугу и я постоянно ощущал спиной недружелюбные взгляды, хотя мои приказы выполнялись с космической скоростью, и мне не приходилось повторять их дважды. С первыми лучами солнца я приказал дроу покинуть лагерь и, простившись с Марулом и Улухаем, догнал колонну, уходящую в лес.

Дорога до места встречи с дозорными Милорна заняла у нас почти неделю. Поначалу наш отряд сковывали раненые, которых мы несли на носилках, но на четвертые сутки мне удалось поставить их на ноги, и скорость передвижения значительно увеличилась. К концу шестого дня наши разведчики встретили дозорных Милорна, а еще через сутки мы были уже в основном лагере, который дроу устроили в небольшой долине между заросшими лесом холмами. Милорн выбрал отличное место для того чтобы укрыться от посторонних взглядов и не зная дороги, которая проходила по дну ручья, текущего из родника на холме, пройти в лагерь было практически невозможно.

Первые три дня проведенные в долине, я помню смутно, наверное включились защитные механизмы организма, который до этого работал на пределе своих возможностей. Весь первый день я как зомби бродил по лагерю, отдавая какие-то приказы и выслушивая доклады, а следующие двое суток в основном ел и спал как сурок. Милорн и Эланриль быстро поняли, что толку от «Великого Ингара» никакого, поэтому перестали донимать меня повседневной рутиной. Только на четвертый день моя голова стала что-то соображать и смогла анализировать сложившуюся обстановку. Осмотревшись вокруг, я быстро понял что мое вмешательство в повседневную жизнь дроу не требуется и подавив в себе командный зуд, занялся собой любимым.

Воины Милорна охраняли долину и обеспечивали дроу пищей, а в самом лагере безраздельно властвовала Эланриль. К нашему приходу принцесса поставила на ноги всех женщин и детей, за исключением трех особо тяжелых случаев, связанных с психическими расстройствами у матерей, которые потеряли своих детей. Справиться с лечением психических болезней мог только Господь Бог и время, которое говорят, лечит даже душевные раны.

Вечером третьего дня Эланриль решила, что я пришел в надлежащую форму, и увела в свой шалаш якобы на медицинское обследование. Раздев пациента практически догола, эльфийка начала ласкать мое тело, пытаясь разбудить во мне инстинкт продолжения рода, но я позорно заснул непробудным сном, едва улегся на ворох травы заменявшей девушке постель. Проспал я до глубокой ночи, и разбудили меня не нежные руки спящей Эланриль, которыми она обнимала меня, а зверский голод. Я осторожно выбрался из объятий девушки и вылез из шалаша. На дворе стояла кромешная тьма, и я отправился на поиски еды, ориентируясь только по запаху. Часовые, ходившие по лагерю, сразу узнали высокое начальство, и один из них проводил меня к импровизированной кухне, на которой командовали две симпатичные эльфийки. Женщины быстро разогрели на углях оленью ногу и настрогали пахучий салат из даров леса, который я запивал родниковой водой. Настроение мгновенно улучшилось, и в голове появились игривые мысли, насчет прелестей лучшей половины человечества.

— А ты Игоряша, кажется, на поправку пошел, если начал реагировать на женскую красоту. Сейчас наешься до отвала и снова потянет тебя на приключения для своей пятой точки, — постарался меня вразумить голос совести, но я не реагировал на эти нравоучения.

Повинуясь основному инстинкту, я начал заигрывать с эльфийками рассказывая им, анекдоты двусмысленного содержания на которые женщины реагировали смущенным хихиканьем, и как показалось, начали строить мне глазки. Однако эта ночная пастораль закончилась полным обломом, потому что прибежала взбешенная Эланриль и чуть ли не пинками загнала меня обратно в шалаш. Минут десять я слушал возмущенный монолог девушки, по поводу того какие мы все мужики козлы и сволочи, а за тем отбрил ее единственным вопросом:

— Эланриль, ты не напомнишь мне, когда это мы с тобой поженились, чтобы ты получила право читать мне такие нотации?

Но лучше бы я помалкивал. Эльфийку словно током ударило, и из ее бездонных глаз на меня на меня обрушился водопад горьких слез. Битый час я успокаивал девушку, говоря ей ласковые слова и каялся во всех мыслимых и не мылимых грехах. В конце концов я добился результата, но не совсем того которого добивался. Эланриль, обманутая моим словесным поносом, перестала плакать и накинулась на меня со страстными поцелуями. Если бы она проявила поменьше страсти и действовала не с такой поспешностью, то ей возможно и удалось бы меня изнасиловать, но в данном случае я реально перепугался и сказал, что во время похода объелся эльфийской травы повышающей выносливость и стал на три месяца импотентом. Как только я сделал это заявление, начался второй акт вселенского потопа. Я с удивлением смотрел на Эланриль, из которой слезы лились бесконечным потоком, гадая откуда в хрупкой девушке берется столько воды. К утру заплаканная принцесса, наконец заснула, а я отправился искать Милорна чтобы обсудить с ним свои очередные наполеоновские планы.

94